ВЫПЬЕМ, БРАТЦЫ, ЗА РУБЦОВА... У матросов нет вопросов. Я, наверно, не матрос Почему мы смотрим косо на того, кто в небо врос? Печка в плитке изразцовой затмевает дымом свет. Выпьем, братцы, за Рубцова настоящий был поэт! Был бы бездарью и ладно. Их, родимых, пруд пруди. Угораздило ж с талантом жить, как с лампою в груди - Жгла она зимой и летом, так, что Господи спаси! - А без этого поэтов не случалось на Руси. Сколько пользы в папиросе? Много ль счастья от ума? Поматросил жизнь и бросил. Или бросила сама? Пусть он жил не образцово, кто безгрешен, покажись! Выпьем, братцы, за Рубцова, неприкаянную жизнь. Злое слово бьет навылет, давит пальцы сапогом. Эй, бубновые, не вы ли улюлюкали вдогон? До сих пор не зарубцован след тернового венца. Выпьем, братцы, за Рубцова поминального винца Тяжесть в области затылка, да свеча за упокой. Непочатая бутылка, как кутенок под рукой. Старый пес изводит лаем. Хмарь и копоть на душе. Я бы выпил с Николаем. Жаль, что нет его уже. КОЛОКОЛЬНАЯ И КАНДАЛЬНАЯ... Русь великая, Русь дремучая, Ты и любишь так, словно мучаешь - Ноги стражников и острожников Зацелованы подорожником. Но над пропастью, или в пропасти, Мужики не мрут здесь от робости - Хоть с метелями зло метелятся, Но рубахой последней делятся. Бесшабашная и мятежная, Даже в радости безутешная, Покаянная доля пьяная, Да и трезвая - окаянная. Колокольная и кандальная, И святая Русь, и скандальная, Не обносит судьбой пудовою - Ни медовою, ни бедовою. И морозные сорок градусов То ли с горя пьем, то ли с радости - На закуску капуста хрусткая Да протяжная песня русская. И не важно даже - про что поют, Если душу песнями штопают. Пусть лишь звонами, Русь, да трелями Будет сердце твое прострелено. Пусть сынов твоих искушает бес, В их глазах шальных синева небес, Пусть судьба твоя - ношей тяжкою, Чист нательный крест под рубашкою... ДЕФИЛЕ ПО ЗООПАРКУ ПОДШОФЕ... Дефиле по зоопарку. Подшофе, Музыкально выражаясь форте пьян, Я присел за столик летнего кафе, Насмотревшись на зеленых обезьян. Заказал и черри бренди, и халвы. В обрамлении решетчатых оправ Плотоядно на меня смотрели львы, Травоядно на меня взирал жираф. Душный вечер недопитым черри пах. Я, сказав официантке данке шон, Слушал мысли в черепах у черепах В толстый панцирь спать залезших нагишом. Ощущал себя то мышью, то совой, Старым буйволом, забитым на пари, То стервятником, что грезит синевой, Где со стервой своей первою парил. Оплетала прутья цепкая лоза, Винторогий козлик блеял о любви. Его желтые печальные глаза Вызывали дежавю у визави... Громыхал оркестрик жестью «ля-ля-фа». Мой сосед, искавший истину в вине, Подмигнул мне через стол: «Шерше ля фам»? Я подумал и пошел домой к жене. АЛЬМАНДИНЫ ДЛЯ ЛЮБИМОЙ Вот уже который год по пути нам. Для тебя души огонь шевелю я, Подарить хочу на день Валентинов Альмандины из долины Вилюя. Купим домик в деревушке под Нарой. Не поедем больше на Тенериф мы. И Трабзон, и Хургада, и Канары Надоели, как глагольные рифмы. А под Нарой соловьи языкаты. И река там будто к Богу дорога. И такие полыхают закаты, Что с ума свели бы даже Ван Гога. Что еще тебе сказать, дорогая? Греет взгляд твой цвета перечной мяты. За тебя поднял бы всех на рога я, Да рогами обделила меня ты. Открываю я бутылку кампари, Надеваешь ты халат с капюшоном. Нам с тобой не надо шумных компаний, Потому, что и вдвоем хорошо нам. НЕ ПОКИДАЙ МЕНЯ Веселый ангел миражи Рисует гвоздиком. Комета небо сторожит, Виляя хвостиком. Там у галактик рукава С каймою вышитой, А тут по маковку трава Куда уж выше-то! Нам это поле перейти Бок о бок выпало. Я весь репейник на пути Руками выполол. Осталась только лебеда Неистребимая, Но ты меня не покидай, Моя любимая! Над синей крышею дымок И стол под сливою - Старался сделать я, как мог, Тебя счастливою. Чтоб путеводный свет не гас - В ночи бы выручил, Я «Отче наш», как Отче нас, На память выучил. Синицей теплою в руке, Ручным ли соколом, Не важно как, не важно кем, Я буду около. Какая б ни была беда, Тебя не брошу я. И ты меня не покидай, Моя хорошая. РУССКАЯ ТУМБАЛАЛАЙКА (ТУМБАЛАЛА С ВЕЩЕЙ ПТИЦЕЙ ЗА ПЛЕЧОМ...) Желтые листья швыряя на ветер, Осень сдружилась с кабацкой тоской. В небе звезда непутевая светит. В поле бубенчик звенит шутовской. Боже, мой Боже, скажи почему же Сердцу все хуже с течением дней? Путь наш становится уже и уже, Ночи длиннее, дожди холодней. Мир не пружинит уже под ногами, Темных окрестностей не узнаю - Это костры погасили цыгане, И соловьи улетели на юг. Мед нашей жизни то сладок, то горек. Жаль, что не много его на весах. Так не пора ли, взойдя на пригорок, Руки раскинув шагнуть в небеса Или водицы студеной напиться И до конца не жалеть ни о чем... Пусть бережет меня вещая птица - Жареный русский петух за плечом. Ну-ка, давай-ка, дружок, подыграй-ка, Чтобы в печи не остыла зола: Русская тумбала, тумбалалайка, Тумбалалайка, тумбала-ла!.. СНЕЖНЫЙ РОМАНС Стежка дорожная, снежная, санная, Вдаль убегает, звеня, Где моя милая, нежная самая, Ждет не дождется меня. В маленьком домике с желтою лампою Дверь приоткрыта в сенцах. Старые ели тяжелыми лапами Снег обметают с крыльца. Печка натоплена, скатерть расстелена, В чарку налито вино... Что ж ты, любимая, смотришь растерянно В белую тьму за окно? Ночью недужною, вьюжною, волчьею, Над безымянной рекой, Смерть я не раз уже видел воочию, Даже касался рукой. Но не печалься об этом, красавица, Стихнет метель за стеной! Пусть ее беды тебя не касаются, Дом обходя стороной. Я не такой уж больной и беспомощный, Вырвусь из цепкого льда, И объявлюсь на пороге до полночи Или уже никогда. ШАГАЕТ СЛОНИК ПО КОМОДУ... Тихой сапою с неба скатилась звезда. И, как слоник на пыльном комоде, Я неспешно шагаю не знамо куда - Неказист, неуклюж, старомоден. А на том берегу беспробудного сна, Где не велено петь коростелям, Уж и баньку помыли, и печь докрасна Раскалили, и скатерти стелят... Но смирительный ворот последних рубах Не затянут на горле покорном, И метели, пока что, хрустят на зубах Восхитительно-снежным попкорном. Расчехлить бы гитару, да выпить "по сто" Без натужных речей и прелюдий. Пусть, как воблу, подвяленной мордой о стол Жизнь нас бьет - значит, все-таки, любит! Пусть у грешной души все бока в синяках - Не в чужих же перинах помяты! И бумажный журавлик надежды в руках Дразнит запахом лета и мяты...
СТИХИ ИГОРЯ ЦАРЁВА
СТИХИ ИГОРЯ ЦАРЁВА
Комментариев нет:
Отправить комментарий